В 2020 году Россия экспортировала 29,5 тыс. т дикоросов на $63,1 млн против 17,1 тыс. т на $30,4 млн в 2019-м. При этом потенциал поставок на внешние рынки российских дикоросов оценивается примерно в $1 млрд, следует их исследования КПМГ. «Возможности России по наращиванию экспорта дикоросов обусловлены не только внутренними ресурсами, но и динамичным развитием мирового рынка органических продуктов, к которым относятся дикоросы», — рассказала директор практики стратегического и операционного консалтинга КПМГ в России и СНГ Светлана Чекмазова. Наша страна, обладающая самыми большими лесными территориями и богатыми запасами дикоросов, вполне может стать одним из мировых лидеров в данном сегменте рынка органической продукции, уверены аналитики КПМГ.
С учетом биологических факторов и экономической целесообразности сбора, в России можно заготавливать 7,4-8,5 млн т дикоросов в год, но сегодня используется только 6% этого объема, оценивает КПМГ. Степень освоения запасов различается в зависимости от региона и продукции. Так, по грибам он варьируется в диапазоне 4-10%, по орехам составляет около 4%, по клюкве — 2,5%, по бруснике — 1,5%, чернике — 1,3%, приводит КПМГ данные Научно-исследовательского и аналитического центра экономики леса и природопользования.
На экспорт отправляются преимущественно замороженные непереработанные ягоды, которые потом частично возвращаются на российский рынок в виде конечных продуктов, что происходит из-за нехватки современных перерабатывающих мощностей внутри страны. Основная экспортная культура среди дикорастущих ягод — черника, в прошлом году было вывезено 6,1 тыс. т, говорится в обзоре КПМГ. Объем вывоза прочих ягод в 2020-м составил 7 тыс. т, кедрового ореха — 11,2 тыс. т, замороженных дикорастущих грибов — 1,68 тыс. т.
Скромные показатели отрасли — результат целого ряда нерешенных регуляторных вопросов и, как следствие, слабого интереса со стороны частных инвесторов, комментирует Чекмазова. Так, например, сегодня в России действует ГОСТ 33980–2016 «Продукция органического производства», однако он не распространяется на дикорастущее сырье и продукты из него. Российские производители продукции из дикоросов, которые хотят поставлять ее на экспорт с маркировкой «органик», должны пройти международную сертификацию. «Это довольно затратно, особенно для небольших предприятий», — обращает внимание Чекмазова.
По ее словам, сейчас ведется разработка стандартов сертификации дикоросов, что должно упростить задачу по выходу на внешние рынки для игроков. «Но прорыв вряд ли случится, если не будут решены такие проблемы внутреннего законодательства, как несовершенство системы узаконивания деятельности по заготовке, отсутствие специфических требований, предъявляемых к порядку заготовки разных видов дикоросов, наличие значительной доли нелегального сектора», — перечисляет эксперт.
В целом и сам рынок «диких растений» в России сегодня можно назвать диким, продолжает Чекмазова. Есть сложности, связанные с необходимостью диверсификации производств, организацией закупки и транспортировки сырья, развития промышленной переработки, с нехваткой квалифицированных кадров и недоступностью государственного и банковского финансирования. «На рынке есть игроки, готовые решать эти проблемы, но без синергии с государством им будет непросто это сделать», — считает она.
«На этом фоне особенно отрадно наблюдать за поддержкой со стороны региональных властей производителей из Томской области и Карелии. Так, продукция из томских дикоросов поставляется в 27 стран, включая СНГ, — отмечает Чекмазова. — А Карелия, согласно рейтингу Россельхозбанка, в 2020 году вошла в топ-5 регионов по привлекательности сельского хозяйства для инвестиций. Увеличение экспорта дикоросов стало одним из драйверов роста инвестиционной привлекательности региона».